Гаррота (удавливание)

Обычно приговоренных к сожжению на костре удавливали веревкой. Это делалось для того, чтобы страдания жертвы не пробудили в толпе к ней сочувствие. Кроме того, некоторые еретики использовали эти последние мгновения для проповедей, которые нередко находили многих сторонников, ввиду драматичности момента.

Однако веревку в качестве удавки использовали не всегда, позднее ей на смену пришел инструмент, показанный на фотографии ниже. Это была гаррота (в переводе с английского – удавка).

Хорошо виден шип на выдвижном болте. Поначалу удавка (удавливание) были просто синонимами повешения. Однако уже в Средневековье "палачи начали совершенствовать веревочную удавку, пока не получили инструмент, ставший стол распространенным в эти темные века. Европейские палачи использовали первоначально гарроту, чтобы прекратить страдания людей, изломанных на колесе (см. колесование), но к XVIII веку в головы европейских законников пришла мысль использовать медленное удавливание в качестве самостоятельной казни".

Изначально гаррота представляла собой простой столб с просверленным в нем сквозным отверстием. Приговоренного привязывали к столбу стоя, либо усаживали на стул перед столбом, веревкой обвивали его (или ее) шею. Концы веревки пропускали сквозь отверстие в столбе. Палач брал в руки оба конца и, затягивая петлю, медленно удавливал жертву.

Позднее осужденного стали усаживать на узкую скамеечку, прикрепленную к столбу, а палач стал использовать палку, продетую сквозь веревку. Крутя ее, он затягивал петлю, сдавливавшую шею приговоренного. Эта форма удавливания развилась в железный ошейник, состоящий из полосы, продетой в ушки, закрепленные на столбе и фиксированной на мощном болте, установленном позади столба. При закручивании винт тянул назад концы ошейника, затягивая его и медленно удавливал осужденного. Эта форма казни была более мучительной и длительной (до 10 минут), чем повешение. Вот как описывает Л. Фейхтвангер казнь известного разбойника Торреса в романе "Гойя": "палач втащил осужденного на помост, заставил его сесть на деревянный стул и очень прочно привязал его к столбу. Был случай, когда один осужденный, вырвавшись, убил палача, собиравшегося его казнить. Затем он накинул на голову осужденного черный платок и начал быстро закручивать винт гарроты. Было видно, как страшно вздымается грудь и трепещут колени задыхающегося человека. До толпы доносился его клекочущий хрип. Наконец все затихло. Палач быстро заглянул под платок, сдернул его и пошел выкурить сигару. Взору публики предстало жуткое посиневшее лицо с разинутым оскаленным ртом, далеко вывалившимся языком, по которому стекала, окрашенная кровью, слюна, остекленевшие глаза, всклокоченная борода. Зеваки, радостно хохоча, указывали друг другу на приподнятые в паху штаны казненного, где виднелось мокрое темное пятно". В большинстве стран постепенно появлялись усовершенствования гарроты, чтобы сделать эту казнь менее мучительной.